MyLib — книжный портал » Прочее » Мы совпали с тобой (сборник)

Мы совпали с тобой (сборник) - Рождественский Роберт Иванович

Мы совпали с тобой (сборник)
94
Категории: Прочее
Название: Мы совпали с тобой (сборник)
Добавлено: 14 июль 2020
Читать онлайн

Описание книги Мы совпали с тобой (сборник) - полная версия

«Я знала, что многие нам завидуют, еще бы – столько лет вместе. Но если бы они знали, как мы счастливы, нас, наверное, сожгли бы на площади. Каждый день я слышала: „Алка, я тебя люблю!” Я так привыкла к этим словам, что не могу поверить, что никогда (какое слово бесповоротное!) не услышу их снова. Но они звучат в ночи, заставляют меня просыпаться и не оставляют никакой надежды на сон…», – такими словами супруга поэта Алла Киреева предварила настоящий сборник стихов.

Назад ... 18 Вперед
Перейти на страницу:

Annotation

«Я знала, что многие нам завидуют, еще бы – столько лет вместе. Но если бы они знали, как мы счастливы, нас, наверное, сожгли бы на площади. Каждый день я слышала: „Алка, я тебя люблю!” Я так привыкла к этим словам, что не могу поверить, что никогда (какое слово бесповоротное!) не услышу их снова. Но они звучат в ночи, заставляют меня просыпаться и не оставляют никакой надежды на сон…», – такими словами супруга поэта Алла Киреева предварила настоящий сборник стихов.

Роберт Рождественский

Долгая любовь моя

«Ах, как мы привыкли шагать от несчастья к несчастью…»

Тебе

«Мы совпали с тобой…»

Ливень

Письмо домой

«То, где мы жили, называлось югом…»

«Горбуша в сентябре идет метать икру…»

«Отдать тебе любовь?..»

«Будь, пожалуйста, послабее…»

Ностальгия

«Как детство, ночь обнажена…»

Радар сердца

Сердце в руках

Радиус действия

Перед расставанием

Ночью

Оттуда

Без тебя

Ревность

Стихи, написанные восьмого марта

Снег

«Наверно, ученый меня б опроверг…»

«Зря браслетами не бряцай…»

«Если разозлишься на меня…»

«Так вышло. Луна непонятною краской…»

До твоего прихода (Поэма)

Друзьям

«Я богат. Повезло мне…»

Богини

Игра в «замри!»

Рыбаки

Творчество

«Кем они были в жизни…»

Стасису Красаускасу

Старая записная книжка

«Спелый ветер дохнул напористо…»

Отъезд

«А они идут к самолету слепыми шагами…»

Памяти Василия Шукшина

Другу, которому я не успел написать стихов

Планета друзей

«Над камином стучат ходики…»

Ровесникам

День рождения женщины

Королева пляжа

«Не ночь, а просто…»

Вещи

Сауна

«Вроде просто…»

«За окном заря красно-желтая…»

Именины

Ожидание (Монолог женщины)

Тебе

Матрешка

«Вновь нахлынул северный ветер…»

Телеграммы

«Хочешь – милуй…»

«Приходить к тебе, чтоб снова…»

«Ежедневное чудо – не чудо…»

«Где-то оторопь зноя…»

Письмо из южного полушария

Разница во времени

«Я уехал от весны…»

Шум в сердце

Чужой билет

Мотив

Мгновения

Эхо любви

Свадьба

Кафе «Фламенго»

Любовь настала

Ноктюрн

Зимняя любовь

Гитара Гарсия Лорки

Из книги «Разговор пойдет о песне»

Песни из спектакля «Голый король» по Е. Шварцу

Песенка солдата Из кинофильма «Неуловимые мстители»

Песенка о любознательном щенке

Музыка

Тебе

«Гитара ахала…»

«За тобой через года…»

«Тот самый луч, который…»

Таежные цветы

Роберт Рождественский

Мы совпали с тобой (сборник)

Долгая любовь моя

С Робертом мы познакомились в Литинституте, где было сто двадцать юношей и человек пять-шесть девочек, так что на каждую приходилось достаточно кавалеров. Ребята были самые разные, в том числе и очень смешные. Были среди них и абсолютно неграмотные: учиться «на писателя» их посылали потому, что республике выделяли в институте сколько-то мест. Но конкурс тем не менее был огромный. Уже на следующий год после прихода в Литинститут я работала в приемной комиссии: принимали Юнну Мориц, Беллу Ахмадулину…

Жизнь в Литинституте кипела. На лестнице читали друг другу стихи, тут же оценивали все тем же: «Старик, ты гений». Особенно выделялся Евтушенко – он носил длиннющие сумасшедших расцветок галстуки. Они болтались у него между колен. Замечательный – уже тогда – поэт Володя Соколов привлекал своим удивительно интеллигентным обликом, чувством собственного достоинства, доброжелательностью. Поженян, поэт с легендарной биографией (со времен войны в Одессе висит мемориальная доска, где он числится погибшим), поражал огромным напором: о нем так и говорили: «Общаться с Поженяном все равно что стоять под брандспойтом». Однажды, когда он провинился, его вызвал к себе ректор, Федор Гладков, и сказал: «Чтобы ноги вашей в Литинституте не было!» Поженян встал на руки и вышел из кабинета.

Все мы были абсолютно нищими, ребята ходили – это страшно вспомнить! – в каких-то вытертых, выгоревших лыжных костюмах, рубашки у них почти всегда были застиранными. Нам всем приходилось считать деньги, кто-то брал переводы, кто-то шел в литконсультанты. Некоторые отвечали для журналов на письма графоманов, но деньги это приносило маленькие.

Роберт перешел на наш курс с филфака Карельского университета. До этого он уже пробовал поступить в Литинститут, но его не приняли – «за неспособность». Все зависело от вкусов приемной комиссии, а в нее входили разные люди. Робка смешным был: человек из провинции, боксер, баскетболист, волейболист (играл за сборную Карелии, сейчас там проходят игры памяти Роберта Рождественского). Он был буквально начинен стихами. По-моему, он знал наизусть все. Особенно к тому времени был увлечен Павлом Васильевым, Борисом Корниловым, Заболоцким, что в те времена, мягко говоря, не слишком поощрялось.

Он был плохо одет даже на том литинститутском фоне… Но выделялся своим добрым и очень внимательным взглядом.

Вот, мы учились на одном курсе, а потом, в один прекрасный день, что-то случилось. Сразу и на всю жизнь.

Поэма «Моя любовь» была опубликована еще во времена Литинститута, она сразу прославила Роберта. Как говорят, наутро он проснулся знаменитым. Но денег все равно не было. Хотя от улицы Воровского до Тверского бульвара мы иногда добирались на такси – трешку брали у мамы. У нас были повышенные стипендии, на них мы и жили. Ему немного помогали родители. Несгибаемые коммунисты: отчим – полковник, политрук, мать – военный хирург. Очень красивая, властная женщина. Настоящий отец Роберта, необыкновенно талантливый человек, погиб в сорок втором году на фронте, и молодая вдова через пять или шесть лет вышла замуж. Ее новый муж усыновил Робку, и тот очень уважал отчима и всегда испытывал к нему благодарность. Веру в рай коммунизма он впитал с молоком матери. В его ранних публикациях было много признаний в любви к Родине, к «флагу цвета крови моей». Он очень много писал о войне. Строки из «Реквиема» выбиты на сотнях памятниках погибшим во время войны. Он писал о том, что его поразило раз и навсегда.

Марлен Хуциев снимал «Заставу Ильича» и решил вывести поэтов на публику. Булат, Белла, Римма Казакова, Борис Слуцкий, Роберт, Женя и Андрей, кто-то еще выступали несколько дней подряд, вживались в зал, растворяясь в нем…

Политехнический, а ведь были еще и Лужники… Четырнадцать тысяч слушателей, толпы у касс, конные патрули… Шестидесятники читали стихи, а четырнадцать тысяч человек сидели, затаив дыхание. В то время в воздухе ощущалась нехватка поэтического слова. И не только в нашей стране. Я помню парижскую поездку шестьдесят восьмого года: Твардовский, Мартынов, Слуцкий, Андрей, Белла, Роберт. Они выступали в огромном набитом зале, и трансляция шла на улицу, у входа в здание стояла толпа. Поэтическая лихорадка легко перелетела границы.

Роберт поражался тому, что происходит в его жизни: популярности, востребованности, бесконечным письмам, приглашениям. Он считал, что не заслужил такой популярности, такого успеха. Он думал, что эта популярность – ошибка. Неуверенность в себе была огромной. «Мне кажется, я взял чужой билет», – писал он. Многие хотели, чтобы им досталось как можно больше славы, а Роберт… Он не понимал, что творится вокруг него, и как-то этого даже побаивался. Когда он оказывался в толпе, он прикрывал свое узнаваемое лицо рукой, как бы пытаясь спрятаться от любопытных взглядов.

А все было просто: его поэзия, как и творчество других шестидесятников, совпала со временем, и слава пришла к ним сама.

При всех успехах, при шуме, который сопровождал их выступления, молодые с их первыми строчками, стихами, поэмами, с новыми знакомствами и со всей раскованностью сладкой жизни все-таки становились, не зная об этом, даже не подозревая ничего, историческими фигурами, но вместе с тем и жертвами своего времени. Веря в историческую справедливость, думая, что со смертью Сталина все переменится, в своей вере они не притворялись. Слишком глубоко были вбиты ржавые гвозди коммунизма в наше сознание.

Назад ... 18 Вперед
Перейти на страницу:
Похожие книги на Мы совпали с тобой (сборник):
Прокомментировать, оставить отзывы на книгу "Мы совпали с тобой (сборник)":
×